![](/wp-content/uploads/2018/04/e056c2c546e5c30239dc89194959463a.jpg)
фото: siff-abkh.tv
Эту нежную и ироничную картину снял 25-летний выпускник Санкт-Петербургского университета кино и телевидения Инар Нармания. Сам он из Абхазии, учился у Сергея Снежкина, а снимать приехал в родные края. На фестивале получил третью премию жюри под руководством российского режиссера Анны Меликян и приз зрителей. В состав жюри входил директор реальной киностудии «Абхазфильм» Вячеслав Аблотия. Он тоже учился в Москве на Высших курсах сценаристов и режиссеров. Аблотия рассказал «МК», что на вверенной ему студии занимаются в основном дубляжом, а в штате — всего пять человек, включая самого директора, бухгалтера и звукорежиссера. Спрашиваем, не обидно ли, что студию в «Меня зовут Махаз» приравняли к «Абхазхлебу». Он смеется: «Конечно, нет». С юмором в Абхазии все в порядке.
На открытии фестиваля побывала правнучка Максима Горького, приехавшая в Сухум, чтобы отметить 150-летие писателя и представить документальную картину о его пребывании в Абхазии. Выяснилось, что фильм не имеет никакого отношения к «Абхазфильму», а жаль. Студия ничего не производит. Там занимаются исключительно дубляжом на абхазский.
В короткометражном и единственном пока конкурсе фестиваля участвовали 32 игровые картины, авторы которых приехали из Европы, Южной Кореи, Марокко, Туниса, Якутии и Москвы.
Между тем в Абхазии выросли целые поколения, которые понятия не имеют, что такое кино на большом экране. Так что фестивальные показы, проходившие в Русском театре драмы им. Фазиля Искандера, где установили временный экран, для многих стали диковинкой. Также была редкая возможность увидеть абхазский киноальманах из четырех новелл по произведениям соотечественника Михи Лакрба. Три из них связаны прошлым и точно передают национальный характер и нравы. Завершает его новелла «Мост» Наура Гармелия почти без слов. Выросла она из учебного задания того же Сергея Снежкина — сделать безмолвный этюд. Снята картина в Абхазии при участии «Ленфильма» в 2015 году и отсылает, хотя это специально не обговаривается, во времена военного конфликта начала 90-х. Отец и 10-летний сын ведут натуральное хозяйство, разводят скот, и такое ощущение, что не знают, что где-то идет война. Мальчишка надевает костюм с отцовского плеча, отправляется в город продавать домашний сыр. Он идет по зыбкому мосту через реку, а вернувшись, застает лежащего на земле отца, перенесшего сердечный приступ. Тут он впервые произнесет слово «папа», чтобы опять замолчать. Парень повезет отца в медпункт, где никого нет. Люди бегут кто куда целыми семьями под свист пуль. В картине снимались сельские жители из Очамчирского района. Эта новелла многое объясняет в психологии народа, живущего в непростых обстоятельствах. Режиссер и сам об этом говорил, когда картина появилась. Люди живут словно у подножия вулкана, который может рвануть в любой момент. Так надо ли налаживать жизнь, если завтра все будет разорено, и в дом придет война…
![](/wp-content/uploads/2018/04/3fdcdfefa9840497d276cee2dc1ddbc3.jpg)
фото: Светлана Ковалева
Член жюри и актер Сергей Пускепалис с женой Еленой
Гостей фестиваля, особенно иностранных, поразило то, что со времен абхазо-грузинского конфликта прошло 25 лет, а руин, заросших как в джунглях, хватает даже в центре Сухума. Немецкий режиссер Марко Гадж, отмеченный дипломом за фильм «Кто-то», в основе которого — реальные события Второй мировой войны, где немецкое население боится мести со стороны советских солдат, был поражен построенным при Сталине железнодорожным вокзалом в Новом Афоне. Он давно не используется, находится в полном запустении, словно призрак и символ дороги, которая не ведет никуда. Марко готов вернуться, чтобы снять фильм о том, как уезжает мужчина, а на перроне остается девушка.
Жюри заседало с восьми часов вечера до часа ночи. Спорили долго, и не только друг с другом, но сами с собой. Анна Меликян призналась, что ночью ее преследовали кошмары про распределение призов.
![](/wp-content/uploads/2018/04/18b2665386d855a5b398b932f9baa4df.jpg)
фото: Светлана Ковалева
Режиссер Анна Меликян возглавляла жюри
Диплом за умение говорить киноязыком и приз за лучшую операторскую работу достался фильму «На другой стороне реки Доман» Сивонга Бэя из Южной Кореи, получившего кинообразование в Нью-Йорке. Он стал самым экзотическим гостем Абхазии, а сам постоянно что-то снимал на телефон, вплоть до лотков с едой за завтраком, чтобы продемонстрировать их своему папе по Skype. С картиной, снятой в 2016 году, Сивонг путешествует по всему миру второй год. Она о тех, кто нелегально пересекает границу, чтобы бежать из Северной Кореи в Южную.
В фестивальных фильмах хватало странных смертей и насилия. Подбитого летчика, найденного в воде, в картине «Земля», снятой учениками Николая Коляды, деревенская женщина не будет спасать и хоронить не станет. Она его прорастит, чтобы вырос новый человек. Из земли выйдет младенец. Даже космонавт, отправленный к другим планетам в испанском «Спутнике», должен умереть на орбите из-за технического сбоя. Пограничные состояния привлекают кинематографистов.
Якутский режиссер Владимир Мункуев снял «Счастье» за пять тысяч рублей, которые ушли на бензин и еду. Картина о том, как охранник Коля Ануфриев полюбил продавщицу Свету, укокошил в припадке чувств и ходил к ней на свидания с цветами. Жюри отметило картину дипломом за непредсказуемый взгляд на любовь. Она вызывает шок, но и сделана нелинейно. Владимир Мункуев учился в Московской школе кино у Алексея Попогребского и Бориса Хлебникова. Он считает, что якутскому кино больших денег и не надо, иначе умрет.
![](/wp-content/uploads/2018/04/28f2a720545eec02a7e27b45af2aec1e.jpg)
фото: Светлана Ковалева
Якутский режиссер Владимир Мункуев снял фильм за 5 тысяч рублей
Член жюри и продюсер Елена Гликман со сцены поделилась мечтой о том, чтобы каждый из побывавших в Абхазии уехал бы из нее «агентом влияния». Она вручила награду за лучшую женскую роль иранской актрисе Соне Санжари в «Ретуше».
Легендарный педагог ВГИКа Владимир Фенченко бывал в Абхазии еще в 50-е годы. С тех пор мечтал увидеть озеро Рица, и такую возможность ему предоставили. Он вручил награду за лучшую мужскую роль Александру Кузнецову в российской картине «Собачатина» Ксении Тищенко, рассказывающей о том, как молодые люди решили приготовить шашлык из собаки.
«Лучший сценарий» — «У меня есть брат» режиссера Максима Кузнецова. Он работал следователем в прокуратуре Хакасии, специализировался на расследовании убийств, и теперь его герой лишил жизни отца, а его брат стоит перед выбором, как вести себя по отношению к родному человеку, преступившему черту.
За лучшую режиссуру отметили Байбулата Батуллина из Казани. Его «Половинки» — один из самых неожиданных и лихих фильмов последнего времени. Он о том, как расстраивается свадьба из-за того, что к жениху в буквальном смысле слова прилипла посторонняя девушка.
Три главные награды получили в порядке возрастания: «Меня зовут Махаз», «Новый дом» Жиги Виркапро из Словении о том, как население страны вдруг превратилось в беженцев, и «Костик» Ирины Волковой. Обладательница первой премии уже имеет в арсенале полнометражный «Клад», состоящие из новелл «Диалоги». Такое ощущение, что и теперь она хотела снять полный метр, но не хватило денег. Ее Костик исчезает. Мать парня и девушка, которая была с ним в злополучный день, пытаются его найти. Но все не так просто в этой жуткой истории, в особенности с барышней, воспитанной в детдоме и жаждущей материнской любви. При всей странности финала история развивается без неожиданных художественных ходов. Получая награду, Ирина Волкова призналась: «Я все еще Костик. Пытаюсь вырваться из непреодолимой грусти».
Молодые, но с биографией кинематографисты проводили мастер-классы. Нигина Сайфуллаева поделилась опытом работы с актерами. Как-то она нашла в соцсетях 17-летнюю героиню, по 20 часов в сутки снимавшую себя. Но девушка долго не отвечала на письма, а потом не пришла на встречу. Начинающие режиссеры должны понимать: далеко не все хотят сниматься в кино. Нигина призвала кинематографистов держать открытой свою страницу в Facebook, иначе самого ценного не узнаешь. Опытный абхазский актер, исправно посещавший все мероприятия, вспомнил, как однажды его загримировали, сценария не дали, он не знал, кого играет. Мучился, боролся с собой. Примерно так же работал с актерами Андрей Звягинцев в «Нелюбви» — без сценария. Одна из актрис чуть ли не 50 раз ложилась на кровать, не зная, что играет. Такое возможно, был бы результат. Нигина призвала: «Если режиссер — потухший, то актер будет таким же. Вы должны гореть». А потом все вместе разобрали сцену из ее нового фильма с рабочим названием «Ревность», который летом начнут снимать на Балтийском море. Показали необычные пробы Юлии Снигирь с ее любезного разрешения. Она еще не утверждена на роль. В завершении Нигина сказала: «Я бы никогда не вышла замуж за актера. Ему необходима энергия флирта, без нее нельзя. Если женщина-режиссер флиртует с актером, получается нездоровый Вайнштейн».
Драматург, режиссер и член жюри Михаил Местецкий, написавший сценарии «Легенды №17» (ее в Абхазии в лучшем случае могли видеть по телевизору, поскольку кинозалов нет) и «Хорошего мальчика» (показан на фестивале), рассказал начинающим режиссерам о том, как сам был увлечен не смотрибельным артхаусом и снимал статичными кадрами, где по 15 минут ничего не происходило, так что публика тотально засыпала. Он показал свой панк-проект 2011 года «Ноги-атавизм», сделанный на коленке. Это короткометражка о том, как укорачивают человека, лишают его ног, чтобы сердце хорошо заработало, и жизнь стала прекрасней. В общем, Александр Пэйн с хитом «Короче», где людей уменьшают, чтобы снять бремя экономических проблем, отдыхает. И хотя сам Местецкий с артхаусом наигрался, он призвал молодых держаться за короткий метр, потому как в полнометражном кино свободы меньше. Для убедительности рассказал, как снимать кино о подлеце. Он не должен сразу совершать свои подлые поступки, иначе к финалу может оказаться хорошим парнем. При всей любви к зрительскому кино напомнил о важности экспериментального и дикого кинематографа, нужда в котором ощутима во все времена.